Олег Гаас: «Чем больше ты отдаешь, тем богаче становится твоя собственная душа»

«Семь верст до рассвета» вышел в прокат 30 апреля. Это фильм-путешествие, в котором ваш герой оказывается на перепутье. Что в этой истории отозвалось вам лично?

Меня привлекла прежде всего неоднозначность персонажа. Это не плоский герой или типичный злодей, а сложный человек со своей правдой и глубокой внутренней болью. Нас с ним объединяет общая идентичность: и он, и я — наполовину русские, наполовину немцы. Эта двойственность ставит его перед по-настоящему тяжелым выбором, о котором зрителю еще только предстоит узнать. Огромным преимуществом стала работа с сильной командой и режиссером. Мы с Александром Андреевым — представители одной петербургской школы, выпускники академии. Его актерский опыт, доброта и предельно честный подход к делу помогли создать на площадке уникальную атмосферу.

Что было важнее при подготовке к роли?

Самым серьезным вызовом при подготовке стал немецкий язык — его пришлось осваивать в кратчайшие сроки, так как мой герой говорит на нем большую часть экранного времени. Играть персонажа, который формально считается «врагом», всегда непросто, но в данном случае мы создали по-настоящему уникальный для российского кино образ. Это человек с двойственной идентичностью. Его трагедия в том, что долг и устав требуют одного, а сердце и «русская душа» — совсем другого. Было невероятно интересно воплощать этот внутренний конфликт, когда в одном человеке, по Достоевскому, «Бог с дьяволом борется, а поле битвы — сердца людей».

Как вы заботитесь о себе после тяжелых ролей? И распространяется ли это умение на жизнь за пределами съемочной площадки?

Я не из тех актеров, которые остаются в образе 24/7 и не разделяют жизнь и работу — иначе можно быстро выгореть или попросту сойти с ума. Психологическая гигиена важна. Гораздо сложнее даются чисто физические испытания: 15-часовые смены на морозе в легкой одежде, съемки в проруби зимой или работа неделями без выходных. Именно такие моменты истощают по-настоящему. Мой рецепт восстановления — дисциплина: регулярная зарядка, ЛФК, а в периоды пиковых нагрузок, когда организму совсем тяжело, поддерживаю себя курсом восстановительных капельниц. Также быстро прийти в себя помогает баня — идеально на природе.

Вы служите в МХТ имени А. П. Чехова — театре с огромной историей и традицией. Что для вас значит быть частью этой труппы сегодня?

Выходить на сцену МХТ имени А. П. Чехова — это огромная честь и, прежде всего, ответственность. Это место неразрывно связано с именами Станиславского и Немировича-Данченко. Я всегда помню постулат Константина Сергеевича о том, что артист несет имя своего театра и за его пределами. Работа здесь была моей мечтой, в осуществление которой я долго не мог поверить. Но когда жизнь дала шанс, я приложил все силы, чтобы им воспользоваться, даже если это требовало работы на износ. Сегодня МХТ — моя большая любовь. Вопреки стереотипам о театральных интригах и сложности работы в коллективе, где так много «мастодонтов», я встретил невероятно дружелюбную и поддерживающую атмосферу. Теперь этот театр — мой второй дом.

Мое становление в театре прошло через сложные вводы. Знаковым стал спектакль «19.17»: мой друг Артем Быстров получил травму, и мне пришлось буквально за несколько дней подготовить роль Макара Машины — «универсального человека», своего рода сверхчеловека, созданного идеологией. Это объемный и невероятно энергозатратный спектакль, где я на протяжении трех часов нахожусь на сцене. Работа в таком мощном актерском ансамбле — с Викторией Исаковой, Ириной Пеговой, Паулиной Андреевой, Игорем Верником и Алексеем Вертковым — задает высокую планку.

Сегодня я приглашаю зрителей на «Механику любви» — это наш ответ семейной психотерапии, очень живой и понятный каждому спектакль. Еще одна важная для меня работа — «1914». Это попытка осмыслить ужас Первой мировой войны через жанр кабаре. Смех здесь становится инструментом, который помогает осознать масштаб катастрофы гораздо острее.

В театре особая энергия живого общения. Что для вас важнее: точное попадание в замысел режиссера или свобода импровизации здесь и сейчас?

Театр и кино — это две принципиально разные стихии. Как говорил Питер Брук, театр — это прогулка по натянутому канату на огромной высоте и без страховки: у тебя нет права на ошибку. В кино же тот же канат лежит на земле. В театре ты несешь колоссальную ответственность перед живым зрителем здесь и сейчас. Ты не имеешь права ссылаться на плохое настроение или самочувствие. Когда я заглядываю в зал и вижу там людей, которые купили билеты и доверили нам свой вечер, я понимаю, что обязан выложиться на сто процентов. Происходит большое счастье, когда ты видишь, как на протяжении спектакля меняется состояние зрителей, и понимаешь, что живешь не зря.

Безусловно, работать с режиссером, которому ты можешь доверять на сто процентов, — это большая удача. Я всегда с уважением отношусь к режиссерскому замыслу, но при этом убежден: без импровизации искусство становится сухим. Я стараюсь привносить элемент спонтанности в каждый спектакль, потому что именно в этот момент на сцене рождается подлинная жизнь. Когда партнер не знает наперед твоего следующего жеста или интонации, он перестает играть по заготовке и начинает жить в моменте, реагируя здесь и сейчас. Этого драйва я ищу и в театре, и в кино — для меня это принципиальный подход к профессии.

Вы в профессии уже больше десяти лет. Как, на ваш взгляд, трансформировался сам зритель?

Российский кинематограф сейчас переживает качественную трансформацию. Уровень операторского мастерства уже вполне сопоставим с голливудскими стандартами, а появление стриминговых платформ дало индустрии долгожданную свободу: стало больше смелых и открытых проектов. Что касается зрителя, он очень разный. Молодое поколение, выросшее на соцсетях, привыкло к быстрому потреблению контента, у них сформировалось некое «клиповое мышление» и нетерпимость к затянутости. Однако я убежден, что ни режиссеру, ни актеру не стоит пытаться подстроиться под каждого. Нужно просто внятно и честно рассказывать свою историю. Не существует проекта, который понравился бы абсолютно всем, поэтому ориентироваться нужно на собственное видение и качество. Если ты сам получаешь драйв от того, что делаешь, и на выходе получается достойный продукт — зритель это почувствует.

Что вас сегодня радует в индустрии больше всего, а что тревожит?

Я искренне рад, что эпоха шаблонных героев уходит в прошлое. Был период, когда мне предлагали роли, где все было слишком предсказуемо. Сейчас же, благодаря платформам, в сценариях появилась психологическая глубина. Мне интересно копаться в человеческой природе, находить в персонаже и свет, и тьму. Роль Максимилиана фон Винберга («Семь верст до рассвета») была именно такой: сложной, многогранной, живой.

Однако у этой медали есть и обратная сторона. Индустрия становится все более прагматичной, часто диктует жесткие условия: экономия времени и бюджета в ущерб искусству. Качество действительно страдает. Для меня огромное счастье — встречать на площадке единомышленников, людей, которые искренне горят процессом и не готовы идти на компромиссы, когда речь идет о конечном результате.

Что публичность значит для вас? Удается ли выстраивать границы, за которыми остается личное пространство?

Для меня публичность — это инструмент для добрых дел. Приятно осознавать, что твоя медийность может приносить реальную пользу, иметь возможность помочь благотворительному фонду или конкретному ребенку. Это дает профессии дополнительный смысл. После таких проектов, как «Регби» или «Телохранители», многие зрители делились, что стали больше уделять времени спорту. Приятно осознавать, что вношу свой вклад в популяризацию спорта в стране.

Конечно, узнаваемость накладывает свои ограничения: ты перестаешь принадлежать только себе. Свобода действий в публичном пространстве всегда относительна. Но я не склонен жаловаться на это. Напротив, в этой «несвободе» есть свои плюсы — она напоминает о связи со зрителем, где бы ты ни находился.

Что сегодня вдохновляет в последнее время?

Мой главный источник перезагрузки — это путешествия. Алтай стал для меня настоящим месте силы: его природа и сама земля обладают невероятной энергетикой, которая буквально напитывает тебя изнутри. Этого заряда не всегда надолго хватает в ритме столицы, но это тот фундамент, который дает силы двигаться дальше.

Однако последние два года мой самый мощный вдохновитель и источник абсолютного счастья — это мой сын. Я дорожу каждой минутой, проведенной с ним. Мои приоритеты сильно изменились: теперь даже на съемочной площадке я стараюсь работать максимально эффективно, чтобы скорее вернуться домой, успеть искупать сына и уложить его спать. Отцовство взрастило во мне совершенно иной уровень ответственности и открыло ту глубину любви, о которой я раньше и не догадывался.

Если бы вам нужно было составить короткий список из 3–5 фильмов или сериалов последних лет, которые стоит посмотреть каждому, что бы вы туда включили?

Одно из самых сильных впечатлений последних лет — фильм «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов». Это мощнейшая работа Александра Ханта: и по режиссуре, и по актерскому тандему Евгения Ткачука и Алексея Серебрякова. Из недавнего открыл для себя картину «Здесь был Юра». Это потрясающее, живое кино. Поразила работа Константина Хабенского: он сыграл очень тонко, деликатно, не «выпячивая» особенности своего героя.

Из сериалов выделю «Аутсорс» Душана Глигорова. Это тяжелое кино, требующее особого душевного настроя, но работа всей команды там просто выдающаяся. Также не могу не отметить «Лихих» Юрия Быкова. Я человек, выросший в 90-е на сериале «Бригада», и для меня герои того времени когда-то были кумирами. В «Лихих» Быкову удалось создать нечто созвучное по силе, но при этом основанное на реальных событиях, что делает проект еще более притягательным.

Если представить, что через 20 лет вы встретите самого себя сегодняшнего — что бы вы хотели от себя услышать?

Мой совет самому себе: береги внутренний свет. Не позволяй мелким неурядицам и чужому мнению задевать тебя слишком глубоко. Отпускай проблемы легко, живи весело и осознанно. Мы здесь только один раз, поэтому прожить этот путь нужно счастливо. Береги здоровье смолоду — это фундамент для всех твоих свершений. Почаще улыбайся миру, и он ответит тебе тем же. И не останавливайся в добре: чем больше ты отдаешь, тем богаче становится твоя собственная душа.